0 0 74

Ай, да Слоник! Драматургия: Другое

ОНА, ОН.  

Сидят за обеденным столом.

 

ОН (не отрываясь от телефона). Передай мне сушку, пожалуйста.

ОНА (не отрывая взгляда от Него). Что?

ОН. Сушку передай, говорю.

ОНА. Какую еще сушку.

ОН. Обычную… пожалуйста. Блин.

Пауза. Он вглядывается в телефон.

ОН (не отрываясь). Одну штуку. Сушку одну дай. Жалко тебе?

ОНА. Мне? Нет, конечно, просто ты неадекват самый настоящий.

ОН. Че сразу неадекват?

ОНА. Да у нас в доме сушек с января нет.

ОН. Ага, а сейчас?

ОНА. А сейчас – октябрь.

ОН. Я про то, что там в банке лежит?

ОНА. Да в какой банке.

ОН (вздыхает). В той, в которой всегда лежали сушки. Вон, возле тебя стоит, ты ее еще локтем задеваешь. Открой ее.

ОНА. Икеевская? Там уже сто лет как нут лежит.

ОН. Блять, какой нут. Там вчера сушки были.

ОНА. Там и вчера нут лежал.

ОН. Блин, дай мне сюда банку.

ОНА. Не могу, нут рассыплется, он до самого верху.

ОН. Блин, как задрали твои веганские штуки.

ОНА. Че ты ругаешься, можешь не ругаться? Блин да блин.

ОН. Блять, а как иначе? Сушки дать не может, все диета у нас, все вокруг вредно. Жить только не вредно, блин. Дай сюда.

ОНА. Нет там сушек, нут лежит по самое не хочу, вот смотри.

Поднимает крышку банки. По нуту ползет муравей. Она громко кричит и быстро захлопывает крышку банки.

ОН. Че ты орешь-то, блин!

ОНА. Да ты его видел? Он огромный, откуда взялся-то.

ОН. Да какой он огромный, полз себе и полз. Че ты как ненормальная, насекомое первый раз в жизни увидела.

ОНА. Это все магазин на первом этаже, стопудняк. Весь дом говорит, что муравьи в квартирах – от них.

ОН. Ты пол хоть раз помой, так не будет муравьев.

ОНА. Как ты достал, чистый у нас пол. Если ты не видишь, как я его мою, это ничего не значит.

ОН. Да я шутил я, блин. Куда ты сушки дела, если там реально – нут?

ОНА. Слушай, нет у нас сушек.

ОН. Вчера были.

ОНА. Где?

ОН. В банке этой были, блин! Сушки там лежали. Единственная нормальная еда в этом доме! Не всякие брокколи-херфасолины, а человеческая пища. Сушки. Все. Все, что осталось человеческого в этом доме – это сушки, и я хочу их поесть.

Пауза.

ОНА. Чего ты завелся, не пойму…

ОН. Да не завелся.

ОНА. Дом-то тут причем. Что не так?

ОН. Да все... Так. Не это… Не бери в голову.

ОНА. Рассказывай теперь, раз начал.

ОН. Ничего я не начал. Все. Отст…это. Ну, в общем, я тут новости читаю. Все, занят. Да. Все хорошо.

ОНА. Новости, значит?

ОН. Да.

ОНА. Что пишут?

ОН. Да что пишут… Евро поднялся опять.

ОНА. При чем тут евро? Лишь бы с темы соскочить, блин! Так что с домом не так? Раз тут не осталось ничего человеческого.

ОН. Да шутил я! Сушек всего лишь просил. Су-шек! Остальное все прекрасно!

ОНА. Да?

ОН. Чудесно. И ты охрененская. А теперь можно я почитаю?

ОНА. Знаешь, что меня больше всего бесит?

ОН. Знаю, новости.

ОНА. Нет, твое отношение. И дебильные шуточки. Не в тему.

ОН. Бляяяять. Завела.

ОНА. Я всего лишь хочу, чтобы ты нормально питался. А не колбасу с масляной булкой жрал. Поэтому у нас нет сушек. И если ты считаешь, что «человеческое» кроется только в…

ОН. А что плохого в колбасе?

ОНА. Чего ты перебиваешь? Холестерин там.

ОН. А в масле?

ОНА. И в масле холестерин.

ОН. И в булке тоже?

ОНА. Ну, естественно.

ОН. А если мне похер?

ОНА. На холестерин?

ОН. Ну да.

ОНА. Ну вот умрешь раньше времени и перестанет быть похер.

ОН. Как же ты права - действительно перестанет.

ОНА. Вот придурок! Я о здоровье твоем забочусь.

ОН. А я тебя прошу?

ОНА. Ты совсем уже?

ОН. Не, ну серьезно. Я ж не прошу обо мне заботиться. Я хочу жрать холестерин и питаться сушками.

ОНА. Кстати, в сушках тоже есть холестерин.

ОН. Ну и замечательно. У меня складывается впечатление, что я только его и люблю.

ОНА. Ну куда тебе в двенадцать ночи сушки? Сам подумай!

ОН. Туда же, куда тебе столько нута в банке. С муравьями.

ОНА. Ой, не напоминай про них. Надо, кстати, вытащить его оттуда.

ОН. Кого?

ОНА. Муравья из банки. Поможешь?

ОН. Че это, ты мне сушек не даешь. Не хочу помогать.

ОНА. Да что ж вы мужики такие неадекваты. Жесть.

ОН. Погоди… Только сейчас дошло. Так сушки у нас есть?

ОНА. Блин, ну спроси еще раз, блин!

ОН. Сушки у нас есть?

ОНА. Придурок.

ОН. Ну ты ж намекнула, что есть.

ОНА. Да где я тебе намекнула, что ты несешь?

ОН. Ну, ты сказала «Ну куда тебе в двенадцать ночи сушки?». Значит, ты предполагаешь, что они у нас есть, просто не хочешь мне давать, потому что поздно.

ОНА. Не-ту су-шек. Тебе еще раз сказать? В 12 ночи есть вредно! Даже нут! Ой, блин…

ОН. Че?

ОНА. Да вспомнила, что муравья вытаскивать.

ОН. Давай, вперед.

ОНА. Помоги мне.

ОН. Не, твой нут, тебе и тащить.

ОНА. Да чего ты… как я не знаю.

ОН. Че, не огонь мужик?

ОНА. Вообще топь. Болото.

ОН. Реально новости интереснее муравья, прости.

ОНА. Все, заканчивай свои тупые шутки. Есть в доме мужик?

ОН. Сходи, поищи. Может, в других квартирах найдется.

ОНА. Дебил. Я сама достану его.

ОН. Муравья или мужика?

ОНА. Иди, а.

Она надевает перчатки, халат, берет банку двумя руками и, держа на расстоянии от себя, брезгливо несет ее. Ставит на буфет. Спиной к Нему, осторожно берется за крышку, отходит на шаг от банки и зажмуривается. Снимает крышку. Потом смотрит туда одним глазом и быстро закрывает крышку. Он все это время наблюдает за Ней. Она разворачивается к банке спиной, понимает, что Он на нее смотрит, поворачивается обратно и продолжает.

ОН (не выдерживает). Ну че?

ОНА. Че… пропал он.

ОН. Потерялся среди нута?

ОНА. По ходу.

ОН. Вытряси нут в раковину, и сразу вытрясется он.

ОНА. Да, только нута больше с нами не будет.

ОН. Лично я переживу.

ОНА. Бесишь.

ОН. Ну, расстели полотенце на столе и вытряси.

ОНА. Возрастет шанс его потерять. Уползет быстро.

ОН. Ты че, двигаешься типа медленнее муравья?

ОНА. Вообще-то они чуть ли не самые быстрые животные на Земле.

ОН. Че? Ахаха, ну тогда хана тебе. Сожрет этот муравей нашу хатку.

ОНА. Чего ты шутишь по-тупому, когда у нас тут беда.

ОН. Да блять, нету никакой беды. Берешь, суешь руку в нут и взбалтываешь его.

Он подходит к буфету, засовывает руку в банку, перебирает нут. Нут вываливается из переполненной банки.

ОНА. Блин, да ты видишь, что рассыпал все?

ОН. Вот бабы, придумаете вечно фигню какую-нибудь. Зачем покупать все это дорогущее, жрали бы гречку… Нет, придумали йогу-шмегу и этот нут-перегнут. И че, типа все оздоровились?

ОНА. Ты можешь молча искать? И так половина на полу. Снова мыть.

ОН. Да я уже скоро до сушек доберусь. Они там, на самом дне.

ОНА. Нет там сушек. С января.

ОН. Короче, достало меня это. Высыпаю, стели полотенце.

ОНА. Блиинн… Может, не надо? Ведь если не найдем, я ночью спать не буду, будет мне казаться, что он в спальню нашу ползет.

ОН. Да е-мое, он же не со слона размером! Что он тебе сделает?

ОНА. Потомство даст.

ОН. Прям так сразу? Ночью, в спальне?

ОНА. Хорошо, если дотерпит до ночи.

ОН. Ну, он один, ему не с кем детей рожать.

ОНА. Ты че, зоолог? Знаешь, как размножаются муравьи?

ОН. Ну им явно в одиночку не справиться. И этим не зоолог занимается, вот неуч. Не помню, как называется профессия. Знаю, что муравьи типа на лету спариваются.

ОНА. Они еще и летают?!

ОН. Да не… вроде не все… Блять, я не знаю. Какая нафиг разница?

ОНА. Да большая. Я теперь не усну.

ОН. Позанимаешься своей йогой и вырубишься. Расслабишься в своих… асанах.

ОНА. Блин, да че ты издеваешься опять. Лучше, как ты, в айфон втыкать и бутеры жрать, да?

ОН. Да че я издеваюсь. Просто сказал, что вырубишься. Ищи давай своего муравья.

Он высыпает содержимое банки.

ОНА. Блин! Придурок. Сейчас этот слоник вылезет на волю!

ОН (утыкается в телефон). Ты же этого и хотела.

ОНА. Ой, вот он, вот он, ползет!

ОН. Славно, бей.

Она смотрит на муравья, не отрываясь.

ОНА. Что говоришь?

ОН. Говорю, очень рад за тебя, бей его!

Она молчит, продолжает смотреть.

ОНА. Чет слушай, это…

ОН. М?

ОНА. Жалко его.

ОН. Кого?

ОНА. Ну его… слоника. Симпатичный такой.

Он молча встает, подходит, быстро снимает тапок, но она грудью заслоняет муравья.

ОНА. Стой! Не позволю!

ОН. Ты…че.

ОНА. Не надо… Слоника убивать.

ОН. Да это две секунды, не стремайсь. Раз и все!

ОНА. Я тебе дам «раз»! Я сейчас тебя, блин, раз.

Он недоуменно смотрит.

ОН. Во, блин.

Возводит глаза к небу, возвращается обратно.

ОН. Ну мне-то похер, тебе ночь в асане провести.

ОНА. Я посажу его в банку, пусть живет у нас.

Пауза.

ОН. Черный муравей из магаза?

ОНА. Да.

Пауза.

ОН (не сразу). И впрямь, почему нет.

ОНА (загибая пальцы). Гулять с ним не нужно… Гладить его не нужно… Кормить… Чем его кормить?

ОН. Блин, зачем нам муравей?

ОНА. Я назову его Слоником.

ОН. У тебя от твоей веганской травы крыша едет, не замечаешь?

ОНА. И он будет мне отличным другом.

ОН. Да ты рехнулась.

ОНА. Ну пусть поживет, чего тебе.

ОН. Йога, нут – еще куда ни шло, но муравей в качестве питомца?! Ну на хрена?

ОНА. Они недолго живут, если что.

ОН. Они 25 лет, блин, живут!

ОНА. Сколько?! То есть по такой логике он сможет погулять на свадьбе наших детей, прикинь?

ОН. Это вообще никакой логике не поддается!

ОНА. Тем более, что у нас нет детей.

ОН. Твою налево, мы заводим муравьев, какие тут дети!

ОНА (занимаясь приготовлениями к проживанию муравья). Ладно, не кипишуй, он уже в банке, ему там хорошо. Кстати, банка из-под твоего нелюбимого нута.

ОН. Где твой Слоник и задохнется.

ОНА. Ой… А правда... Надо сделать в крышке дырочки.

ОН. Он вылезет через них наружу.

ОНА. Блин. Как сложно с домашними питомцами, однако.

ОН. И с недалекой женой.

ОНА. Ладно, я сделаю ему коробочку, не прогрызет же он ее?

ОН. Если не успеет задохнуться в банке, то не должен.

ОНА. Страшно мне.

ОН. За Слоника?

ОНА. Да вообще. Подумалось. Живешь ты такой, живешь, и не подразумеваешь, что в какой-то момент тебя опасность может накрыть. Даже в собственном доме. Как со Слоником, ты ж его чуть не убил.

ОН. Я? То есть я еще и виноват.

ОНА. Я не говорила, что ты виноват. Я сказала, что ты чуть не убил его.

ОН. Да блин, ты сама орала, что боишься его.

ОНА. Ну не убивать же животное.

ОН. Е-мое, а что с ним делать?

ОНА. Ну вот, я же нашла выход.

ОН. Слушай, я тоже не ожидал, что меня такая опасность накроет в жизни. В доме моем. Что жена моя на веганство перейдет, вовлечет меня, мы будем жрать морковь с имбирем и не есть ни единой сушки с января, а потом она заведет в квартире муравья. Спасибо, что не таракана.

ОНА. Фу… Зато как ты похудел!

ОН. Да блин, я не собирался худеть вообще.

ОНА. Слушай, а я уже так привязалась к Слонику.

ОН. Вы знакомы пятнадцать минут.

ОНА. Значит, это любовь с первого взгляда.

ОН. При первом взгляде на него ты орала как бешеная.

ОНА. Я придумала! Давай создадим муравьиную ферму?

ОН. Бля, я все. Я ушел в новости.

ОНА. Ну подожди, ну может, вы подружитесь… Ты посмотри, какой он симпатичный.

ОН. У меня все в порядке, я не хочу дружить с муравьем.

ОНА. Мы купим ему аквариум. Я подумала, что все же из коробки он уползет. Только надо хороший, импортный. Наши все – г полное.

ОН. Как раз евро вырос, давай купим.

ОНА. Не начинай. Как вырос, так и упадет.

ОН. «Только жить в это время прекрасное уже не придется ни мне, ни тебе…»

ОНА. Не умничай, Пушкин!

ОН. Это Некрасов. Но ты корми своего муравья, корми.

Пауза.

ОН (смотрит на муравья). Стопэ, это че он жрет?

ОНА. Сушки с вареньем. В основном, варенье, конечно. Сушки ему до фени по ходу.

ОН. Блин, они мне не до фени! Что за хрень?

ОНА. Ну просто… среди нута нашлись сушки. Одна штука.

ОН. Я просил ее отдать мне.

ОНА. Ну прости. Мы же не едим сушки. С января.

ОН. Это ты, ты не ешь сушки с января! А я с удовольствием, только дайте их мне! Хоть одну сушечку дайте мне?

ОНА. Блин, да если тебе так нужны сушки, сходи в магаз… Я ж не зверь…

ОН. Да ты первая, кто на меня обидится! Ты ж первая бочку катить будешь. Мол, мы договаривались: йога-вегантство-все дела… А меня кто спросил вообще? Жена занята йогой, поэтому музыку свою сделай тише! Жена готовит на ужин снова, 78 раз подряд, брокколи – ешь, не подавись! Да будет тебе вкусно и плевать, что капуста эта уже поперек горла, а я мяса хочу, мяса! Нормального, свежего, средней поджарки, пусть чуть-чуть загореленького мясца! А мне суют фигню на палочке и задвигают, что это полезно! А я считаю, что полезно – это когда в доме слышат друг друга. Когда понимают юмор! Когда, если заводят детей там или муравьев, то советуются друг с другом преждевременно, а не с бухты-барахты в банку сажают. Когда йога – йогой, а любовь по расписанию, да и новости в телефоне тоже! Ты хоть раз меня спросила, чего я их читаю, новости-то эти? Не потому, что мне интересно так уж сильно, а потому, что в телефоне этом мир какой-никакой существует. С мясом, потолстением и общением друг с другом. Мир, я хочу его чувствовать. Я хочу жить, как все живут. Свободы хочу. Сушек хочу. Да и слоники в банке мне жены не заменят.

Пауза. Она забирает сушку, лежащую перед Слоником, отдает ее Ему.

ОНА. Вот твоя сушка. Все?

ОН (смотрит на сушку, но не берет). Все, что осталось в этом доме человеческого – это сушки. Вот серьезно.

ОНА. Мы со Слоником так не считаем. Поэтому делимся с тобой ими. Ею. Бери.

ОН (берет). Какое благородство…

ОНА. Больше ни на что не способны. Да и сушек больше нет.

ОН. Ты и про эту говорила – больше нет.

Она выходит из комнаты. Возвращается одетая. Он все это время сидит, наблюдает за Слоником, ест сушку.

ОН. Ты куда собралась?

ОНА. Неважно. Главное, что собралась.

ОН. Ты что… Уходишь от меня?

ОНА. Да. В магазин. Зоо. Надо купить аквариум Слонику.

ОН. Ты же импортный хотела, а у меня пока денег…

ОНА. Не переживай, я выкручусь как-нибудь. Куплю наш. Временно. А Слоника возьму с собой.

Хочет идти.

ОН. Стой! Ты что, обиделась?

ОНА. Я? С чего бы.

ОН. Мне кажется, ты уходишь навсегда.

ОНА. Если бы я уходила навсегда, вряд ли бы это делала с дамской сумкой наперевес.

ОН. Но блин… че так решительно.

ОНА. Мне срочно нужен аквариум. Слонику негде жить.

ОН. Блин, Слонику, Слонику… 15 минут назад жизнь была совершенно другой. В ней не было Слоника.

ОНА. Уже полчаса как прошло.

ОН. Да, время летит очень быстро.

Молчат.

ОН. Помнишь, как мы поженились?

ОНА. Этим летом? Помню.

ОН. Пашка, свидетель, тогда еще напился как… поросенок.

ОНА. А его Женька танцевала как… слоник.

ОН. Блин, опять Слоник.

ОНА. Да. Опять.

Молчат.

ОН. Блин. Прости меня. Я – идиот. Наговорил чего-то. Все ведь хорошо.

ОНА. Да. Все хорошо.

ОН. И есть это... Человеческое. Что-то. В этом доме.

ОНА. Что-то есть.

Молчат.

ОНА. Ладно. Я пойду. Магаз закроют.

ОН. Да, конечно…

Она уходит. Он в недоумении. Наконец, бежит за ней.

ОН. Стой! Стой! Какой магаз, двенадцать ночи ведь на дворе! Точнее, уже 12.40…

Она не слышит. Он ходит. Вдруг Она возвращается. Ставит банку на буфет. Она плачет.

ОН. Блин, ты чего? Ну, купишь завтра аквариум.

Сквозь слезы качает головой.

ОН. Че нет? Купишь, конечно! Хочешь, найду деньги, купим импортный. Стой, только не плачь! Блин, да чего ты. Я ж тебя люблю.

ОНА. Что?

ОН. Люблю тебя. Что.

ОНА. Ты с момента нашей свадьбы мне этого не говорил.

ОН. Да? Целых два месяца?

ОНА. Целых два месяца.

ОН. Я люблю тебя, правда. И это, как его… Давай утром сходим вместе за аквариумом. Будем взращивать нового члена семьи – Слоника. Слоник, добро пожаловать в наш прекрасный дом!

Картинно разводит руки. Она смотрит на него в упор.

ОНА. Понимаешь, тут такое дело.

Он замечает, что Слоника в банке нет.

ОН. А где муравей?

ОНА. Я его…выпустила.

ОН. Чего?

ОНА. На лестнице, в подъезде. Спускалась и думала над твоими словами – о свободе. О сушках, блин. Ну и о человеческом в нашем доме. Решила, что оно никогда не появится в доме, если во мне его не будет. Подумала, и выпустила Слоника на свободу. Пусть живет на воле.

ОН. Пусть вернется в свой магаз на первый этаж. Наверняка хозяева уже потеряли его.

ОНА. Юморист.

ОН. А вот эта реакция мне больше нравится, чем: «издеваешься?!». Хотя еще полчаса тому назад ты так не разговаривала.

ОНА. Не полчаса, а час. И это все Слоник.

ОН. Ха. Типа научил тебя ценить близких и позволил постичь смысл жизни?

ОНА. Нет. Я вышла за пределы нашей квартиры, и почувствовала, как мне скучно без тебя.

ОН. И все?

ОНА. И все. Просто скучно без тебя. А с тобой – совсем иначе.

ОН. Иначе… Ай, да Слоник.

 

Конец.

2018

 

 

                     


Комментарии

Ваш комментарий